Писалось 19.08.2012
Пью шу-пуэр. Со сливками. И с сахаром ( да простят меня мои Чайные Наставники). Настраиваюсь на баню. Лето 2012 близится к концу. Читаю Милорада Павича. Хазарский словарь, торкнуло сильно, просто приплюснуло и закочевряжило…
Стали всплывать ассоциации: «Крот» Алехандро Тодоровского, «Сто лет одиночества» Маркеса, Ежи и Петруччо, «Игра в бисер» Гессе, Рэй Бредбери и что-то ещё неясное, из глубин сознания. Его книги похожи на мультики Миядзаки. Кажется, Павич «пишет на грани», он полуизвлекает архетипы и (гениально давая возможность читателю дофантазировать, дооформлять образы и концепции) – медленно жонглирует ими, как манипулировал бы уличный напёрсточник, погружённый в глицерин….
Но. пока в моей жизни «натуральность» побеждает эстетику игры чужого ума. На последнюю подводную охоту я взял две книги: Ницхе и «Словарь». Не открыл ни одной страницы. Виной тому – Озеро, совершенно волшебное, вовлекающее в свою магию, огромное и безлюдное.
Большие глубины, хорошая прозрачность и неисчислимое количество затопленных Читать далее
Условия участия:



Мы, врачи, обладающие существенной подготовкой, знаниями и авторитетом, очень часто отличаемся слишком завышенной самооценкой, которая мешает нам признать, что мы не правы. В этом все дело. Я открыто признаю, что я не прав. Как кардиохирург с 25-летним опытом, который провел более 5 тысяч открытых операций на сердце, сегодня я постараюсь исправить ошибку, связанную с одним медицинским и научным фактом.

уединённых и пустынных местностях, по возможности чуждаясь всякого общения с другими.
Louise Eugénie Alexandrine Marie David
