Есть в профессиональных сообществах психологов и психотерапевтов особая категория участников, которых трудно не заметить. Они появляются с видом людей, за плечами которых не просто профессиональная подготовка, а посвящение в сокровенные тайны человеческой души.
Говорят неторопливо, с многозначительными паузами, слегка снисходительно улыбаются и словно излучают сознание собственной интеллектуальной исключительности.
Подобную манеру особенно часто можно встретить у представителей некоторых психоаналитических школ.
Разумеется, далеко не все психоаналитики таковы. Но определённые группы демонстрируют настолько узнаваемый стиль поведения, что его стоит рассмотреть отдельно.
Психоаналитик такого типа не просто знает больше других. Он знает нечто такое, чего другие в принципе не способны понять.
Психоанализ обладает особенностями, которые при определённых условиях способствуют формированию профессионального снобизма.
Это сложный теоретический язык, насыщенный специальной терминологией. Фрейд, Кляйн, Лакан, Винникотт, Бион, Кернберг — за каждым именем стоит целая система понятий и интерпретаций.
Изучение этой традиции требует серьёзной работы. Однако иногда владение её языком превращается из профессионального инструмента в символ социального статуса.
Тогда способность рассуждать сложными категориями начинает восприниматься как доказательство интеллектуального превосходства. Возникает своеобразная инверсия: ясность подозревается в примитивности, а туманность принимается за глубину.
Если коллега говорит о тревоге, когнитивных искажениях, механизмах научения или нейрофизиологии, ему объясняют, что он рассматривает лишь поверхностные проявления психического. Если же попросить уточнить, как именно психоаналитическая конструкция соотносится с наблюдаемыми клиническими феноменами, выясняется, что сам вопрос поставлен неправильно, а спрашивающий недостаточно подготовлен для подобной дискуссии. Вместо ответа на вопрос собеседнику предлагают пройти дополнительную интеллектуальную аттестацию. Причём Читать далее →